В среду мы должны были уехать на дачу к родителям почти на две недели.Я очень ждала эту поездку. Не потому, что мне хотелось сменить обстановку, хотя и этого тоже хотелось. Просто там всегда становится легче. Свежий воздух, ягоды прямо с куста, прогулки, помощь родителей, возможность немного выдохнуть и хотя бы ненадолго перестать быть человеком, который отвечает вообще за всё.
Но накануе после дневного сна я поняла, что Тёма начинает заболевать. И решение пришло само собой. Я не хочу везти больного ребёнка в дорогу, не хочу заражать родителей, поэтому мы остались дома. Тогда я ещё не знала, какой окажется следующая ночь.
Тёма просыпался примерно каждые полчаса и начинал очень сильно кричать. Он не говорил, что у него болит. Не отвечал на вопросы. Не реагировал ни на «страшный сон приснился?», ни на «что случилось?». Просто кричал минут двадцать, потом засыпал, а через полчаса всё повторялось снова.
Ближе к двум часам ночи он вроде бы уснул крепче, но начал скулить уже во сне. Я гладила его по голове, тихо шептала: «Тише… тише…» и, кажется, сама уже находилась где-то между сном и реальностью. Температуры нет, что происходит, я не понимаю.
Уснуть мне удалось только около семи утра, да и то ненадолго. В половине девятого я уже снова проснулась. До обеда мне немного помогали Даша и Дима, но потом Дима повёз Дашу на дачу и должен был вернуться хотя бы с ягодами для нас. На работе горят документы, которые нужно срочно закончить. Тёма не спал днем. Я целый час качала его на руках, надеясь, что он наконец уснёт, но ничего не получилось.
И вот сейчас я хочу сказать.
У меня закончилась эмпатия.
Я не перестала любить своего ребёнка. Я не перестала ему сочувствовать. Но я настолько устала, что внутри будто выключился тот ресурс, из которого обычно рождаются терпение, нежность и спокойствие. Мне одновременно хочется плакать, кричать, просто выйти из дома и идти куда глаза глядят. Хочется, чтобы кто-нибудь на пять минут забрал у меня ответственность за всё происходящее.
А потом почти сразу появляется чувство вины. Потому что хорошая мама, наверное, не должна так думать. Но ведь хорошая мама — это тоже человек.
И когда ты не спишь второй день подряд, живёшь в тревоге, не понимаешь, что происходит с ребёнком, пытаешься одновременно быть мамой, работать, принимать решения и держать себя в руках, нервная система в какой-то момент перестаёт справляться.
Мне кажется, очень важно различать две вещи. Когда заканчивается любовь — это одна история, а когда заканчиваются силы, совсем другая. Любовь никуда не исчезает. Она просто оказывается глубоко-глубоко под усталостью, бессонной ночью, тревогой и ощущением, что ты больше не можешь.
Наверное, именно поэтому я решила написать этот пост. Не потому, что знаю, чем он закончится. Не потому, что хочу сделать какой-то красивый вывод, а потому, что, возможно, сейчас какая-то мама тоже сидит рядом с болеющим ребёнком, чувствует себя ужасной матерью за свои мысли и думает, что с ней что-то не так.
Если это вы, то, скорее всего, с вами всё так. Вы просто очень устали.
А я сейчас очень надеюсь, что к вечеру мы попадём к педиатру, поймём, что происходит с Тёмой, и следующая ночь окажется хотя бы немного спокойнее.
